https://www.mirf.ru/book/vedmak-slavyanskoe-fenteziМногим фанатам видеоигр и, реже, книг такие перемены показались уходом от «славянских корней» «Ведьмака». Но были ли книги Сапковского славянским фэнтези — и что это вообще такое?Короткий и простой ответ — нет, не были. Сапковский в интервью неоднократно рассказывал, что служило источником вдохновения для его работ, какие цели он преследовал и на кого опирался.
Сапковский связывал свой успех с тем, что он хорошо знал «канон» фэнтези, благодаря чему мог удачно его обыгрывать. Экономист по образованию, окончивший Лодзинский университет, он работал во внешней торговле с 1972-го. В социалистической Польше это давало уникальную возможность часто ездить в западные страны и приобщаться к западной культуре. В частности, читать западное фэнтези
Потому-то он и написал произведение, задуманное как полемика с формирующимся каноном жанра. Одна из главных идей писателя в том, что фэнтези проникнуто духом мифа о короле Артуре. Загадочный ребёнок, скрытый от врагов, узнаёт о своём наследии. Он должен под надзором мудрых советников и отважных воинов отправиться в путешествие на поиски своей судьбы и одержать победу над злом, которое угрожало ему с детства в силу его происхождения. Эта базовая «артурианская» схема прослеживается в множестве книг, поднимающих тему избранности, уникальной судьбы и загадочного наследия, в том числе во «Властелине колец».
Но в своём рассказе Сапковский хотел изобразить другого героя — не Избранного, а профессионала, который готов противостоять силам зла не потому, что такова судьба, а потому, что его этому учили. Это и стало уникальной особенностью «Ведьмака». Такой подход способствовал особому вниманию к товарно-денежным отношениям, а это заставило включить в рассказ немало эпизодов, посвящённых общественному устройству и вообще прозе жизни: сексу, династическим дрязгам и комичным персонажам-простолюдинам.
Сапковский относился к идее «польского фэнтези» исключительно плохо — о чём прямо писал в эссе «Пируг, или нет золота в серых горах». С его точки зрения, артуровское наследие, восходящее к британской культуре, — неизменный элемент жанраОднако удивительным образом для многих читателей как в Польше, так и в России, а затем и на Западе на первое место вышла не эта полемика с канонами фэнтези, происходящая полностью «внутри» границ жанра, а отдельные упоминания славянской нечисти и использование польских, чешских и прибалтийских имён. Оттянув на себя внимание, они заставили многих воспринимать всю серию как нечто «славянское». Например, внимание Сапковского к прозаическим деталям вроде денег, секса и гигиены называли проявлением неромантичного постсоветского характера. Хотя сам писатель при этом опирался на книги Говарда про Конана, с которого во многом списал Геральта. Главная проблема состояла в том, что никто, собственно, не понимал, что такое «славянское фэнтези». Но эта фраза стала хорошим рекламным брендом и пошла в народ.
Сюжеты многих рассказов о Геральте основаны на обыгрывании универсальных европейских сказок («Белоснежка», «Красавица и чудовище»), известных большинству по сборникам француза Перро и немцев братьев Гримм. Расы в «Ведьмаке» — эльфы, гномы, хоббиты-низушки — заимствованы у Толкина. Среди существ, с которыми встречается герой, есть джинны, доппельгангеры и дриады. Политическое устройство Севера характерно для классического «высокого фэнтези»: множество независимых городов-государств, между которыми путешествует одинокий герой, — как в тех же Забытых Королевствах. А композиция в целом обыгрывает канон англоязычного фэнтези, опирающийся на артуровский миф.
Как и любой писатель, Сапковский включил в свои книги мотивы из родной культуры. Например, Нильфгаард — агрессивная, но при этом просвещённая империя, захватывающая диковатые, расистские и суеверные северные королевства. Во многом этот сюжет вдохновлён присоединением территорий Польши к Германии в конце XVIII века, что до сих пор остаётся серьёзной национальной травмой для поляков. В недавней экранизации образ Нильфгаарда изменили, сделав из него «обычную» теократическую Империю Зла, — и именно в этом ярче всего проявилась «американизация» сериала, а вовсе не в том, что на роли взяли нескольких чернокожих актёров.