Против фильма Венецианского фестиваля подан иск за сцену самоудовлетворения распятием
Иск об оскорблении верующих подан в прокуратуру Венеции против австрийского режиссера Ульриха Зайдля, чей фильм "Рай: Вера" (Paradies: Glaube) участвует в венецианском конкурсе, а также против его продюсеров, исполнительницы главной роли Марии Хофштеттер и администрации кинофестиваля, сообщается со ссылкой на сайт pontifex.roma.it.
"Рай: Вера" - второй фильм трилогии Зайдля о любви и женском теле. Первую часть - "Рай: Любовь" - показывали на фестивале в Каннах. Там речь шла о даме за пятьдесят, которая отправляется за сексуальными утехами в Кению. Дочь и кота она при этом оставляет у сестры, про которую как раз и снят венецианский фильм. Ее зовут Анна-Мария, она живет в одиночестве в просторном доме, работает медсестрой в рентгенологии, а отпуск проводит за богоугодными делами: молитвенными собраниями и проповедями - носит статуэтку Мадонны в специальном шелковом мешочке по квартирам, несмотря на ожесточенное сопротивление их обитателей. Как объясняет сам режиссер, "любовь Анны-Марии к Иисусу все время растет, и в конце концов естественным образом перерождается в физическое притяжение", что демонстрируется в сцене мастурбации с участием распятия.
"Режиссер Ульрих Зайдль, актриса Мария Хофштеттер, а также все лица, причастные к производству фильма и его демонстрации, в частности - Венецианский фестиваль, путем демонстрации кощунственных и откровенных сцен нарушили статьи 403 и 404 уголовного кодекса Итальянской Республики", - говорится в иске, поданном адвокатом Пьетро Гверини, возглавляющим одну из радикальных католических ассоциаций Италии.
Статьи 403 и 404 говорят об оскорблении религиозной конфессии "путем глумления над людьми либо злоупотребления предметами".
Ранее Зайдль в интервью объяснял, что "никогда не уклоняется от показа вещей, в которые никто на самом деле не хочет верить, и от нарушения табу, но при этом не стремится непременно устроить зрителю встряску просто встряски ради".
Предыдущий фильм цикла также содержал в себе откровенные сцены, однако ни к какой конфессии они отношения не имели.