ну вообщем я мало того что свалил работу на кого то -так еще был уверен что приоритет за братьями Гримм
невежество! а ведь знал что все придется копать самому
Шарль Перро
fee. от римского фатум (судьба)
приоритет за Францией
итак христианство и феи Франции-что должно приходить в голову в первую очередь!
конечно Святая Жанна Дарк!
Цитата:
Жанна была благочестива, никогда не божилась и часто любила уединяться под ветвями огромного дуба, где водились феи. Жанна простодушно верила, однако, что они за грехи свои были изгнаны когда-то священником и в последний раз жили под буком лет тридцать назад. Около этого бука крестьянки танцевали в известные дни, танцевала и Жанна и вешала венки на дерево в честь Божьей Матери.
И в благодарность за эти знаки внимания феи старались сделать для детей все, что было в их силах; они, например, заботились, чтобы источник всегда был чист, прохладен и обилен водой; они прогоняли змей и насекомых, которые жалят. И таким образом, на протяжении более пятисот лет (а по преданию — целое тысячелетие) между феями и детьми существовали самые дружественные, обоюдно доверчивые отношения, не омрачавшиеся никакими ссорами. Если кто-нибудь из детей умирал, то феи грустили о нем не меньше сверстников, и вот доказательство: перед рассветом, в день похорон, они вешали маленький венок из иммортелей над тем местом под деревом, где обыкновенно сидел умерший ребенок. Я убедился в этом воочию, не понаслышке. И вот почему все знали, что венок принесен феями: он весь состоял из черных цветов, каких нигде во Франции не встретишь.
И вот с незапамятных времен все дети, подраставшие в Домреми, назывались «детьми Древа»
Горьким днем был для нас тот день, когда отец Фронт совершил у подножия Древа церковный обряд и изгнал фей. Мы не смели открыто носить траур — этого нам не позволили бы; пришлось довольствоваться кое-какими лоскутками черной материи, приколотыми к платью так, чтобы не бросалось в глаза; но сердца наши облеклись в полный, благородный, всеобъемлющий траур, ибо наши сердца принадлежали нам, и никто не мог добраться до них и наложить запрет.
Жанна, это мудрое маленькое дитя, выздоровела, и только тогда мы поняли, во что обошлась нам ее болезнь; ибо мы увидели, что не напрасно верили, что она могла бы спасти фей. Она пришла в такой сильный гнев, какого никто не ожидал бы от столь малого ребенка, и, тотчас отправившись к отцу Фронту, стала перед ним, почтительно присела и сказала:
— Феи должны были удалиться навсегда, если бы вздумали еще хоть раз показаться на глаза людям, не так ли?
— Именно так, дитя мое.
— Если человек в полночь ворвется в спальню другого, когда тот полураздет, то можно ли сказать, что тот показался на глаза первому?
— Ну… нет, — ответил добрый патер, уже несколько встревоженный и растерянный.
— Неужели грех всегда остается грехом, — даже в том случае, когда ты не имел намерения совершить его?
Отец Фронт воскликнул, воздев руки к небу:
— О бедное дитя мое, я уразумел всю великость ошибки своей, — и он привлек ее к себе и обнял ее рукой, пытаясь лаской примирить ее, но она была так рассержена, что не могла сразу же перейти на мирный тон и, припав лицом к его груди, разразилась рыданиями.
— Значит, феи не совершили никакого греха, — сказала она, — у них не было намерения совершить его, они ведь не знали, что поблизости находится человек. И только потому, что они — маленькие бессловесные создания, которые не могли замолвить за себя словечко и сказать, что закон направлен лишь против умысла, а не против их невинного поступка; только потому, что у них не оказалась друга, который продумал бы эту простую мысль до конца и заявил бы о том в их защиту, — только потому, что они навеки стали изгнанниками родины! И несправедливо было такое решение, несправедливо!
Добрый патер еще ближе привлек ее к себе и сказал:
— Устами детей и младенцев грудных произносится суд над нерадивыми и безрассудными! Перед лицом Господа говорю, что ради тебя я бы хотел вернуть маленьких созданий. И ради себя самого! Ради себя самого! Ибо неправосуден был я в этом деле.
Вход
FAQ
Поиск
