Евгений Анатольевич писал(а):
Выясняется, что атеизм Сапольского — это следствие какой-то детской психотравмы. Если бы его полечить психотерапией, то, может быть, он бы и вернулся в религию. Атеизм ДВР — это совсем не то же самое, что атеизм тех, кто вырос в неверующей семье и в неверующей среде.
я крайний противник чего то там лечить-религий ли это или атеизм или просто индивидуальная заморочка. как человеку психологически комфортнее-так и лучше и здоровее. так можно с водой выплеснуть ребенка-человек личность цельная, и за его способность быть ученым отвечает вся совокупность факторов..
но безусловно за атеизм тоже могут отвечать какие то патологии психики ,с не меньшей вероятностью через за религиозные. и конечно и там и там-они определяющими не являются. ибо 99 процентов за них вполне обычные базовые свойства психики отвечают
но
а) здешней зелени интересно собирать говно лишь про религию
б) без условно атеизм являясь лишь часть мировоззрения "не использует" отклонения психики, а религия использует-и есть весь спектр вариантов
а)нейтральные-богу это неинтересно
б)отрицательные-бесноватый, проклятый богом, впустил в себя демонов и т.п.
в)положительный-блаженный, угодный богу, носитель мудрости столь совершенной что кажется нам бессмысленной
г) самый частый положительно-отрицательный: ты конечно носишь бога в душе-но именно поэтому- держись от людей подальше. самое яркое и талантливое описание-это синдром Кассандры-пророческий дар, который передается столь возвышенной речью что люди не понимают и сторонятся (плюс не хотят слышать разумное предупреждение а ведутся на сладкий обман)
или более простое описание хорошо показано у Олди:
Цитата:
— Здравствуй, Хамиджа, — сказал я, не найдя ничего лучшего.
Девушка не ответила. Стояла, молчала, смотрела на меня, за меня, мимо меня…
— Она — давини, — тихо бросил Асахиро.
Давини — так звали в эмирате женщин, обуянных дэвом (мужчин звали — девона), а если проще — умалишенных. И то, что я принял поначалу во взгляде Хамиджи за спокойствие и уверенность, на самом деле было покоем безразличия.
Покойный взгляд.
Серый туман в обрамлении невероятно-длинных ресниц, которым положено пронзать сердца несчастных влюбленных; впрочем, я плохо представлял себе кого-нибудь, влюбленного в давини.
— Таких, как она, в Шулме никто пальцем не тронет, — продолжил Асахиро сдавленным голосом, почему-то уставившись себе под ноги. — Коня дадут, шатер дадут, утварь всякую… а в племени жить не дадут. Отдельно кочевать прогонят. Сумеешь не пропасть — меряй степь из конца в конец, не сумеешь — в степь ляжешь.
Я еще раз оглядел Хамиджу с головы до ног. Старенький халат, латаный-перелатанный, из-под которого выглядывает нечто вроде кожаных шаровар; на голове башлык-не башлык, тюрбан-не тюрбан… нечто. Полусапожки с рваным верхом, левая подошва скоро отвалится…
Маленькие ладони девушки бессмысленно поглаживали толстую веревку, истрепанную и заменявшую пояс.
Как-то неприятно было стоять рядом с человеком, о котором говоришь, и чувствовать, что человек этот вроде бы и не совсем человек, и все равно ему — говоришь ты о нем, не говоришь или вовсе прочь пойдешь.
Давини.
Вместилище дэва. Я вспомнил громогласного и могучего Чандру-Дэва; и посмотрел на тихую равнодушную давини.
Мне и себе-то признаться неловко было, что побаиваюсь я ее, Хамиджу эту. Еще в детстве как напугала меня одна старуха-давини, забившись в припадке у ног Чэна-семилетки, так с тех пор страх этот и сидит во мне. И не семь лет мне вроде бы, и умом все понимаю, а хочется отойти в сторонку…
Вход
FAQ
Поиск
