вообще я сам слегка подсевший на эту хрень
(это мне мне фильм "Мы из будущего" мозг слегка ушиб)
Допустим, ты родился при Иване
Не Грозном и не Третьем - Годунове,
Хоть никаких Иванов Годуновых
В истории отнюдь не наблюдалось,
А тут, гляди, взяло и наблюлось.
И с этой исторической развилки,
Чудес в ассортименте стартовало:
Отечество без каверз процветает,
Америка накрылась медным тазом,
И в космос полетели москали.поэтому перелопатив тонну современного навоза-все же пару, тройку литературных не самых мелких алмазов я там нашел
например серия Князь-Прозорова:
Цитата:
Общий наркоз стал для Андрея Зверева воротами и иной мир. Придя в себя, он обнаруживает, что находится в боярском имении недалеко от Великих Лук и что здесь все считают его сыном боярина Павла Лисьина. После недолгой растерянности он пытается применить свои знания человека двадцать первого века, дабы снискать славу и известность.
Но вскоре Андрей узнает, что провалился в прошлое не по прихоти природы, а стараниями нелюдимого волхва Лютобора, живущего на ближнем болоте. Андрей требует от колдуна вернуть его обратно в будущее.
Если бы он знал, к чему приведет это пожелание!
там автор догадался вместо прогрессорства (да и попаданец то школьник-что он там знает то?)-включить обратный реверс истории.
т.е. попаданец не поменял истории-он ее создал. Московскому государству суждено было погибнуть под ударами Речи посполитной , Казанского Ханства и Крымских татар-но благодаря попаданцу-все случилось как мы знаем (обошлось сожжением Москвы крымским ханом-при Иване Грозном)
изобретения отодвинуты на 10 по важности строчку(там оно одно по сути-вагенбург(гуляй -город) как у гуситов)-главным служит волевые качества школьника-и его упорное не желание верить в то что овсе пропало, он то прибыл из нашей истории-где Москва устояла.
в книги очень интересный и непривычный образ Ивана Грозного
-тихий, нерешительный, старающийся все делать лишь по воле Божьей
Цитата:
Други мои, сила и кровь земли русской, – начал вещать с поставленного на возвышение деревянного кресла государь. – Ныне по воле Божьей собрались мы свершить святое дело. Освободить из рабства единоверцев наших, что десятками тысяч в полоне басурманском тяготятся. Сбросить ярмо тяжкое с шеи нашей, освободить пределы русские от кровавой дани, что для потехи своей казанские разбойники с порубежья нашего сбирают. Ныне пойдем и возьмем Казань. С нами Бог, и мы сделаем это!
Собравшиеся люди зашумели, большей частью одобрительно – покончить с набегами хотелось всем. Если бы только время еще выбрать поудачнее…
– Посему указываю вам всем выступить супротив врага нашего и разбить его начисто. Для дела сего назначаю пять полков. Большой полк, Передовой полк, полк Правой руки, Левой руки и Сторожевой. Старшим воеводой над войском ставлю верного слугу нашего князя Дмитрия Бельского. На Большой полк назначаю князя Михаила Воротынского.
– Отчего меня на Большой? – расталкивая князей, выбрался вперед Михаил Иванович. – Мы с князем Бельским оба свой род от Гедиминовичей ведем, но я от старшего колена, а он от младшего. Посему я его старше и не должен под князем Дмитрием ходить. Это он подо мной должен!
– Мне про то, княже, ведомо. Однако князья Бельские московскому государю уже четыре поколения служат, а вы – три. Посему более старым слугам московским надлежит старше более молодых сидеть. Быть князю Бельскому главным воеводой! Михайло Воротынскому воеводой Большого полка быть! Вторым воеводой князя Сергея Голицына назначаю. Воеводой Передового полка ставлю князя Мишина.
– Невместно, государь! – заголосили сразу несколько мужей. – Как так Голицын старше прочих князей ставится, коли он из бояр простых вышел? Ан иные родовитые есть!
Да, все это Андрей уже наблюдал. И в ополчении под Великими Луками, и в полку на порубежной службе. «Мне, князю Папанину, непригоже быть ниже князя Ваванина, ибо его дядя князь Папанин был некогда меньше боярина Сесевы, Сесева в другой раз был меньше Федорова, Федоров ниже Гагакина, а Гагакин меньше моего отца…». И так далее – по каждому посту и каждому боярину. Чем ниже – тем больше претендентов на каждую служебную ступеньку, тем ветвистее родственные связи, тем жарче спор.
Дружными усилиями родовитые князья свалили Голицына, оттерли куда-то на второй уровень претендентов, и за место второго воеводы рьяно заспорили князья Роман Васильевич Алферьев и Михаил Андреевич Безнин. Причем оба происходили корнем из рода Нащокиных. Тут Зверев тоже не утерпел и привстал на носки сапог:
– Бесчестно это получается! Нащокины из боярского рода свой счет ведут, а князья Сакульские – от самого князя Гостомысла по прямой линии. Мы Рюриковичам деды![25] Сакульские выше Нащокиных сидеть должны! И выше Гедиминовичей тоже!
– Кого я вижу? Князь Андрей Васильевич! – скрипнул зубами юный царь. – А видеть не должен! Ты с Казанью воевать хотел? Так иди и воюй. Вперед, в дозоры, в Передовой полк самый дальний! Вперед, и чтобы глаза мои тебя не видели!
– Это как? – не понял Зверев. – Это я один, что ли, полк изображать буду?
– С холопами иди!
– Это тоже не полк, это полусотня получается. Ты хоть родичей со мной пошли, ополчение Великолукское.
– Быть посему!
– Почему Сакульский в старших?! – моментально вскинулись Федор Друцкий и еще двое бояр из ополчения. – Он Лисьин по рождению, негоже его с урожденными князьями ровнять!
– Не дуркуй!! – вспылив, стукнул кулаком по подлокотнику Иоанн. – Я так велю! Такова моя воля!
Вход
FAQ
Поиск
