Но невдомёк было Скандалюгину, что кто-то из столь усердно воспитуемых им сотрудников уже умудрился выложить то ли в форум сообщение о происходящем, то ли фотку в "Настограмм", то ли и «Вконтакте» что-то этакое написать. А неугомонный Витюша-Видюша со товарищи отследили, и естественно, приняли меры, тем более, что опыт в фото-, звуко- и видеомонтаже, а также в разнообразном хаканьи (в-карман-вражинам-каканьи) все они уже приобрели…
И вот уже в кармане Скандалюгина колокольно зазвенел мобильник. Пришла СМС-ка от старшего сына: «Папа, спасибо за присланные нам деньги!» - «Какие деньги, сучонок? – завопил в ответ Скандалюгим, перезванивая домой, - Так этот нам пришел, как его,
говнорар твой. Ведь ты как раз свалил – значит, я старший мужик в семье, следственно, всё могу, и все бабы нишкнуть обязаны – даже мать. Ну и смотался с урока никому не нужной россиянской истории в киношку с дружками. Ты же с мужиками много куда ходишь, я даже проследил, куда именно. Теперь и я типо мужик, всё могу. Да еше фильмец такой клёвый! – про забытого на Марсе космонавта, как он там боролся и выжил! Картошку даже садил, как мы. И попкорном мы не отравились, и колой. Значит, ты это того, гнал, в воспитательных целях, будто попкорн из козьих какашек сделан, а в кока-коле
кокаин и наркотический орех
кола?» - «Да как ты посмел?» - возмутился Скандалюгин. В ответ спокойно прозвучало: «А кто тебя знает, вернешься ты вообще или нет? Сам же говорил, кругом террористы, и еще эти… как их..
гости-рвайтеры, и все умышляют против русских людей. Прежде всего лучших. Следственно, и против тебя? Сам говорил, что ты из лучших, а нам жутко повезло у тебя родиться»…
Совершенно обалдев, Скандалюгин скорее схватился за планшет. К его удивлению, на его почту действительно пришло подтверждение о произведенной трансакции… Через пять минут на том же адресе оказалась целая куча фоток от второго сына: «Мне повезло: в почтовом ящике как раз сегодня флайер нашел – раньше-то ты их все
торжественно аутодафировал, а тут раз тебя нет, я по нему на халяву съездил в развлекательный центр. Конечно, Ванька типо теперь глава семьи, и все бабосы присланные прихапал. А материну сдачу с магазина забрать забыл, так что на автобус мне хватило. И выходит – никакого там западного разврату нету, в центре этом. Во ржака! Сам посмотри. Вот это я на «бесплатном аттракционе по выбору». А это я наблюдаю, как другие играют и катаются – у кого родаки нормальные, и им карманные отстёгивают. А это мы пляшем с аниматором, он бесплатный, подходи, кто хочет. Я на конкурсе за пляску даже трансформера выиграл. Вот я на фуд-корте. Оказывается, пицца тоже вкусная, не хуже блинов» - «Заморожу как омуля, сопляк!» – отписался в ответ Скандалюгин. – «Ты бы лучше подумал, что в том мире, какого ты желаешь, и компов-то быть не должно», - беззаботно откликнулся неблагодарный отрок. Скандалюгин в бешенстве хрястнул планшетом о… как это оно в Москве называется? Поребрик? Бордюр? – да один чёрт, бетонный брусок у края дороги…
Но тут позвонила жена: «Благодетель мой, спаси тебя Христос за заботу обо мне. Заказанное тобою мне через электронный магазин платье просто превосходно. И главное – красное, как я с детства мечтала. Даже размер тот же, тютелька в тютельку – на таких харчах да с таким режимом дня, что ты установил своею мудрою волею, ведь не зажируешь. Я уже обновила его при дозволенном тобой выходе в сельпо, все встречные в нашей Зачепиловке едва не падали в обморок. Ведь за годы праведной жизни с тобой я ни разу не покидала дом ни в чем кроме истинно-православного». - «Так ты прелюбодействуешь в сердце своём! Я вышвырну тебя из своего праведного дома! На вокзальной лавке спать будешь! На панель пойдешь!» – заверещал Скандалюгин. - «Кланяюсь тебе низко! Бог умудрил тебя, не иначе, что ты хочешь дать мне развод! – ответила анафемская баба, - Меня сосед уж замуж звал – бросай, дескать, своего повёрнутого, ты же еще в самой поре!» - «Какой сосед?» - обалдело спросил Скандалюгин. – «Как какой? Слева сосед, лесничий который. Жена же его, тоже заповедная сотрудница, еще в третьем годе в катастрофе разбилась. Хотя говорили, что это ей подстроили, за то, что не позволяла браконьерить. Уж как ты радовался тогда, благодетель мой! Дескать, так и надо бабе, что за небабье дело взялась. Ты даже детей в этот день
драдиционно… то есть, драл традиционно, ну, чтоб они этот день точно запомнили. Особенно Аньку, ибо сказано: «сына бей в один кнут, а дочь в два батога». Это теперь я понимаю: лучше прожить и умереть как та лесничиха, чем перед тобой вышкандыкивать да ждать со страхом, когда от всяких-таких традициев чахотка приключится, не то сухотка. Да ты не переживай, неженатым недолго походишь – рябая Кропилиха мне всё завидовала – дескать, у тебя хоть так, а меня и отколотить некому. Вот она тебя и
поберёт.. ну, то есть, и придёт, и подберёт, сокровище такое. Глядишь. на руках еще в свой дом понесет»... Скандалюгин пошатнулся. Улица плыла перед глазами… Среди таких жутких событий он как-то даже не допёр, что единственная в семье мобила - его, как и единственный компьютер он носит сам. Так на то и хозяин в семье, а остальным нечего…
И в этот момент с уличного видеоэкрана, мимо которого он как раз проходил по улице, непостижимым образом помахала ему рукой собственная дочь, в спортивной форме… Нет-нет, не в аэробической какой. Хуже. И не в купальнике. Еще хуже. И не в кимоно богопротивном, которое того гляди распахнуться греховно может. Еще-еще хуже. Даже не с саблей и в фехтовальных штанах в обтяг. Тоже позор, конечно, но тут уж совсем... В толстых штанах и куртке с накладками на всех известных местах. А в руках она держала сверкающую, высококлассную спортивную винтовку - так уверенно и твердо, что не оставалось сомнений: сии в высшей степени
нерусскобабьи - ах... секс... писсуар.. ох, да
ак-сес-су-ары же! - для нее уже давно привычны, а любые успокоительные мысли о двойнике отметала краткая надпись внизу экрана: «А.Скандалюгина, 1-е место в группе девушек до 18 лет!» «Что?» - придушенно прохрипел Скандалюгин. Ведь, известно дело, разве баба на что такое способна? Да при нападении врагов она, самое большее, себя должна прикончить, чтоб врагам не достаться. Или мужик должен такое благодеяние ей да детям оказать – всё лучше, чем сгинут в заложниках, в подземной тюрьме или на плантации (
http://zhurnal.lib.ru/w/wereshagin_o_n/shpagi.shtml)...
Голос комментаторши (и тут баба!) победоносно гремел: «Итак, Анечка, расскажите нам, как - менее чем за год – вы прошли путь от неуклюжего новичка до победы на столь представительных соревнованиях». – «Всё дело в мотивации, - улыбнулась девочка, - В моей семье господствуют крайне отсталые взгляды, в том числе на положение женщины в обществе. С трех лет меня заставляли с утра до вечера бегать из угла в угол, таская в руках полено: ведь к постоянному труду приучать надо, а поручить еще и нечего. Сечь меня начали тоже с трех лет - тогда ремнем, затем розгами, затем вожжами, которые папенька купил специально - ведь лошади у нас не было никогда. Секли и за провинности, и так, по субботам, чтоб страх знала. В школу меня отдали вынужденно: тятенька учитель, иначе могли неправильно понять. Когда я, вслед за лучшей подругой, впервые зашла в стрелковый клуб, это было просто любопытство, смешанное со священным ужасом – да неужто девка, с ее кривым глазом и руками-крюками на что подобное способна? Но вдруг выяснилось, что многие стреляют не хуже мальчишек. Девочкам ведь вообще больше свойственна аккуратность, и дыхание у них такого типа, что регулировать его проще.. Это был такой разрыв шаблона. И такой прорыв в тот мир, где живут другие, нормальные, не забитые и не зашоренные мои сверстницы. С трепетом взяла я в руки свою первую винтовку, посмотрела в прицел - и в первый раз на мишени мне увиделось его перекошенное от гнева, воющее и рычащее лицо, так что промазать было просто невозможно. Нет, от этого мира уже нельзя было отказаться, хотя, конечно, я прекрасно понимала что ждет меня, если узнает тятенька. Он-то думал, что я в школе задерживаюсь на занятиях, или посещаю кружки кройки и шитья, домоводства и кулинарии. Я специально подготовила для предъявления ему фальшивое расписание, фальшивый дневник. Руководительницы кружков меня тоже поняли правильно и согласились отвечать на проверочные звонки тятеньки. Даже шутили: мы чувствуем себя современницами Гюльчатай, – только сумевшей выжить, снять паранджу, оседлать коня и взять винтовку. Винтовка ведь рождает власть - ты хоть знаешь, тятенька, кто это сказал? Не знаешь! - а то сначала упал бы в обморок, а потом
забил бы меня. А так выходит - это
я на свою забитость, как говорится,
забила. Каждая тренировка была для меня очередным шагом от презренной бабьей доли к званию человека. Каждое соревнование местного уровня – битвой за будущее. Ну, а победа на этих, теперь уже краевых, соревнованиях открывает для меня дорогу в спортивную школу-интернат. Тятенька, ау-у, знаю-знаю, ты уже на будущее меня сторговал слабоумному сыночку соседа справа, тот богат, и я при нем буду сыта и спокойна за свою честь. Только фиг тебе!»... – и она подняла винтовку и прицелилась в экран – словно прямо в родимого тятеньку…
«А-а»… - в изнеможении выдохнул Скандалюгин, и разум его помутился окончательно…
...«Так где моя зеленая дверь?
Оборван провод, я теряю свой нюх»...- доносилось из-за двери изолятора.
- Типичный случай фиксационной амнезии, коллега. Постоянно поёт подобные бессмысленные песни. Не помнит ничего о себе – даже имени. Никаких профессиональных навыков не сохранилось. Ни на что не реагирует, фиксирован только на одной теме: патриархальной семьи и жестокого насилия в ней. Такого всеобъемлющего и детального знания всех, гм-м.... я бы сказал, аспектов этой темы нам еще не приходилось видеть. Мы специально проверяли по учебникам вековой давности... - Может быть, он просто маньяк? - Запрашивали прокуратуру. Данными о подобных преступлениях они не располагают. Скорее всего, этот несчастный просто вырос в такой семье - судя по некоторым, так скажем специфичным следам, выявленным при осмотре. Затем в его жизни произошло нечто, приведшее к таким вот последствиям. - Что же это могло быть? - По крайней мере не травма головы, не алкогольное опьянение и не воздействие наркотиков - эти признаки бы мы непременно обнаружили при госпитализации. Вероятнее всего, психическая травма, но о природе и причинах ее мог знать только он сам. Так что -полный мрак и неведение. Мы показывали его фото по телевидению, посылали в газеты. Ничего. Скорее всего, у него не осталось родственников. - Что ж, в любом случае этому несчастному будет лучше здесь. По крайней мере сыт, одет и присмотрен. Ну, и буйствовать ему мы тут не позволим.
... А в далекой деревне Зачепиловке, где не было ни телевизора, ни газет (ибо кто же не знает, что это всё суть западная тлетворная зараза?) всё шло своим чередом. Сыновья Скандалюгина, как и было заведено при тятеньке, каждый день по нескольку часов, в любую погоду с криками: "И-аха, и-аха" толкали дерево - ведь им же, как и всяким воинам, предстояло научиться бездумно выполнять любые приказы. Остальное время также занимали военные упражнения. Старший брат, к которому перешли обязанности главы семьи, взбадривал остальных нагайкой: "А ну, дружнее, твари, вам никто не разрешал останавливаться. Как на врагов-то Руси святой натиск поведёте! Надо быть готовыми! В любой момент!" Ежесубботний тяжкий труд воспитания остальных членов семьи (кроме, разве что, матери) тоже лёг на него. Мать с дочерьми работала в поле, в огороде, и на кухне - ибо кто же еще должен обеспечивать мужиков, усердно готовящихся к войне с неверными? Слабоумный сын соседа справа глотал слюнки в предвкушении, когда он сможет забрать себе Аньку - а она, давно зная свою неминучую участь, потихоньку заучивала его звуки: "ысь" - значит, еду ему подать, "тю" - воду, "фу-у" - горшок ему подставить. Ну и прочее...
Всю эту картину, посмеиваясь, наблюдал сосед слева и его дети. Фёклу Скандалюгину, в свои сорок лет выглядевшую как дряхлая старуха, этот лесничий, конечно, и за женщину-то не считал. Разве что жалел, как жалеют застрявшую в болоте лошадь или случайно попавшую в браконьерский "олений" силок чью-то домашнюю козу или овцу. А вот к своей новой коллеге, уже успешно отловившей нескольких браконьеров, он потихонечку присматривался...
А в видеостудии хватался за голову видео-режиссер: неизвестно куда делась откорректированная копия фильма, и с экрана снова улыбался настоящий, итальянистый Джельсомино, и правильно пел свою песню - "времена" звучали в ней, а не "имена".
Имена же могут и не сохраниться в памяти людей...