Форум атеистов Рунета

Согласитесь, что человек изначально жесток к врагу, просто по своей природе.

"В среднем палеолите появление метательного оружия, поначалу пик и копий с наконечниками, и охота из засады повысили как вероятность фатальной ошибки и появления повода к столкновениям, так и опасность вольного или невольного вторжения на чужую территорию. Обороняющиеся имели преимущество более надёжных укрытий и организации засады, поэтому даже преобладающая численность нападающих не всегда была решающим фактором для победы в столкновениях. В таких условиях агрессия, скорее, оборачивалась истощением сил противников, чем территориальными приобретениями, необходимыми для содержания многочисленного сообщества. Поэтому более выгодными становились мирные отношения между соседями, кооперация и товарообмен"

Христианская заповедь "возлюби врага" это что-то беспрецедентное, абсолютно нереальное в глазах людей вплоть до сегодняшнего дня.

А как вам нравится, что сейчас продают футболистов за миллионы долларов?

Тоже не соглашусь. Например в индуизме "Битва между Пандавами и Кауравами в Бхагавад Гите заканчивается миром, потому что Арджуна по научению Кришны ЛЮБОВЬЮ превозмог эту битву в своём сознании, потому что в конечном итоге все люди - Братья.
Карма стыкует людей в инкарнациях до той поры, пока люди не изживут свою вражду и не победят собственное злопамятство и высокомерие Любовью."
Будда учил, что успех настоящего воина в подходе к врагу без злобы и других негативных эмоций.

Так обычно все войны заканчиваются миром, но погибших это не вернет к жизни.

Да ну. Люди еще в среднем палеолите поняли, что сотрудничать, обмениваться товарами (охра, кремень..)выгоднее чем колошматить друг друга почем зря. .

Это мы из опыта христианских религиозных войн знаем.
Но факт есть факт: возлюби ближнего - не христианская идея, а гораздо более ранняя.

Верно, эта заповедь есть в Ветхом Завете.
А вот возлюбить врага - это весьма проблематичный призыв, ИМХО чисто христианский.

Но умельцы ценились, над ними не издевались, если помещик был нормальный человек - образованный, христианин. Кормили, одевали, давали жильё, лечили

А как насчет морали? Могли ли, скажем, древнегреческие и римские боги дать человечеству нравственные устои, если сами были конфликтными, похотливыми, завистливыми и злобными?

были конфликтными, похотливыми, завистливыми и злобными?[

К человеческим жертвоприношениям в ту пору в Этолии, как раньше во всех землях, населенных лелегами, пеласгами или ахейцами, прибегали не только во время регулярных празднеств богов, но и в случаях эпидемий или иных бедствий, чтобы умилостивить наславших их богов. У этолийцев, более отсталых, чем их соседи, сохранилось немало мифов, связанных с этим варварским обычаем.
Жил в Калидоне, когда он был еще обитаем, юный жрец Диониса Корес. Однажды во время праздника в честь сына Семелы он увидел девушку удивительной красоты по имени Каллироя и с тех пор потерял покой.
Отыскав дом девушки, он стоял целыми днями возле него, чтобы увидеть, как она несет на голове кувшин с водой из источника или веселится с подругами. О необыкновенной любви Кореса к Каллирое вскоре узнал весь Калидон. Кто-то посоветовал отцу юноши слать сватов. Они вернулись ни с чем. Девушка сказала, что скорее утопится, чем станет женой отвратного юнца, который следует за нею, как вторая тень. И что бы ни предпринимал отец Кореса, какие бы ни обещал дары, Каллироя была непреклонна.

И обратился Корес к Дионису, которому служил, чтобы тот вдохнул в сердце девушки любовь, и бог внял мольбе своего жреца. Но равнодушие Каллирои было так велико, что стрелы Эрота, направленные по просьбе Диониса, отскакивали от нее, как от каменной скалы, поражая ничего не подозревавших калидонцев, следовавших по своим делам.

И вскоре весь Калидон был охвачен загадочной болезнью, напоминавшей опьянение, когда люди теряют над собой власть и совершают необъяснимые поступки. Нет! Это не было любовью, а скорее безумием, опасным подобием любви.

Как всегда в таких случаях, старцы решили обратиться к оракулу, но не к дельфийскому, где волю Аполлона передает людям пифия, надышавшись ядовитыми испарениями земли, а к додонскому, что в соседнем с Этолией Эпире, где жрецы, никогда не моющие ног и спящие на голой земле, толкуют волю Зевса по воркованию храмовых голубей и невнятному шелесту листьев священного дуба.
Страшен был ответ: виновницей охватившего город неистовства объявлялась Каллироя. И тот, кто ее полюбил, должен сам принести девушку в жертву.

Как удар молота, поразил Кореса этот ответ. Юноша понимал, что не Каллироя, а он – виновник несчастий Калидона. Ведь это он не смог справиться с охватившим его чувством! Он, а не кто другой, обратился к Дионису с преступной мольбой. Почему же должна погибнуть она? И почему именно ему назначено занести жертвенный нож?
И можно ли возносить молитвы и приносить жертвы богам, карающим за любовь суровей, чем за убийство и обман, – думал он, жрец Диониса.
И вдруг… Туман рассеялся, и возникло смертельно бледное лицо Каллирои с расширившимися от ужаса и недоумения глазами. Ее вели, как жертвенное животное
Корес начал медленно поднимать нож, не отрывая взгляда от испуганного девичьего лица, и вдруг, стремительно вонзив клинок себе в грудь, упал к ногам Каллирои.

Оборвался мотив флейт. Наступила тишина, какая случается только в те редкие мгновения, когда смертных, запутавшихся в братоубийственных войнах или иных преступлениях, внезапно посещает разум. В тишине все услышали вздох Каллирои, словно бы каменное ее сердце дрогнуло перед силой любви.
Словно прозрев, девушка жадно всматривалась в умиротворенные смертью черты того, кто еще недавно внушал отвращение, и ее сердце пронзила такая нестерпимая боль, что унять ее могла только смерть. И, выхватив нож из еще мягкой руки Кореса, Каллироя нанесла себе смертельный удар прямо в сердце и бросилась в ручей, который с тех пор носит ее имя.

Геродот в своих «Историях» писал, что при убийстве первого врага скифу было положено испить его кровь. С поверженных противников скифы снимали скальп и использовали в качестве полотенец для рук, либо сшивали себе плащи. С правой руки врага сдиралась кожа вместе с ногтями и шла на чехлы для колчанов. Некоторые скифы сдирали всю кожу и обтягивали ей доски, которые возили с собой. Свою долю в добыче получал только тот воин, который предъявлял царю голову врага. Из черепов наиболее лютых врагов скифы изготавливали чаши. Воинская удаль всячески поощрялась. Например, каждый год скифская знать устраивала пиры, присутствовать на которых можно было только скифам, убившим врага.

Как Вы думаете - стали бы они торговать, если можно отнять силой?